Образовательный портал о загадках Планеты Земля.

 Образовательный портал об НЛО , Уфологии и других загадках Земли
| Главная страница |

Немецкие опорные пункты в Арктике и Антарктиде.

     

Предыстория создания опорных пунктов

Еще в 1936 году один из видных немецких военно-морских теоретиков П. Эберт, используя материалы своих исследований и данные аэрофотосъемки, полученные пятью годами ранее немецкими специалистами “научной” экспедиции с борта дирижабля LZ-127 (“Граф Цеппелин”), назвал “Европейское полярное море” (т. е. Северный Ледовитый океан) стратегически важным для Германии театром военных действий. Именно благодаря данным экспедиции обширным районом по маршруту: Архангельск — Земля Франца-Иосифа — Северная Земля — остров Вардроппера — Диксон — северная оконечность Новой Земли — остров Колгуев — Архангельск, заинтересовалось командование Кригсмарине (немецких ВМС).

На практике эта заинтересованность вылилась в том же 1936-м, а затем и в 1937 годах в экспедициях в арктической зоне Атлантики, Норвежского и Баренцева морей крейсеров “Кельн” и “Кенигсберг”, вспомогательного судна “Грилле”, учебного корабля “Хорст Вессель”. Решающая экспедиция в прибрежных арктических морях Советского Союза была произведена вспомогательным крейсером “Комет” (рейдер “В”, “Корабль № 45”) в августе-сентябре 1940 года.

Закономерен вопрос: а как это вообще могло произойти в советских пограничных водах? Во время перехода по Северному морскому пути на Тихий океан крейсер “Комет” — а в зависимости от района перехода он менял названия на своем борту “Семен Дежнев”, “Дунай”, “Донау”, “Доон”, “Токио Мару” — обеспечивался советскими ледоколами под контролем Главного управления Северного морского пути (ГУ СМП). Для маскировки перехода “Комета” была создана достоверная легенда.

Внешне “Комет” напоминал новый советский ледокольный пароход “Семен Дежнев”, прибытие которого в Архангельск ожидалось именно летом 1940 года. Некоторые отличия обводов немецкого рейдера были устранены с помощью парусиновых обвесов и специальных приспособлений, сделанных в заводских условиях на судостроительном заводе фирмы “Ховальдтсверке” в Гамбурге, где “Комет” находился с декабря 1939-го по май 1940 года.

Это был один из самых быстроходных (скорость хода до 16 узлов) и прекрасно вооруженных рейдеров Кригсмарине, принадлежавший компании “Северо-Германский Ллойд”.

При собственном водоизмещении около 7,5 тысячи тонн крейсер имел запас топлива до 2,5 тысячи тонн. Это позволяло экономичным ходом (до 9 узлов) пройти почти 50 тысяч миль и без дозаправки прибыть на Тихий океан.

По своему вооружению “Комет” превосходил отдельные крейсера союзников специальной постройки. Он имел шесть 150-миллиметровых орудий (по другим данным, 180-миллиметровых), прикрытых откидными маскировочными щитами, одну 60-миллиметровую зенитную установку и 6 зенитных автоматов, от 6 до 10, в том числе 2 подводных, торпедных аппаратов, расположенных в лацпортах и также прикрытых маскировочными щитами. На борту корабля находилось: 24 торпеды, 1516 тыс. снарядов, до 400 якорных мин типа “ЕМС” и быстроходный катер “LS-2” (“Метеорит”), оборудованный для скрытной постановки мин, а также 1—2 гидро­самолета “Арадо-196” в ангаре.

Существует мнение, что гидросамолеты были оснащены специальными приспособлениями для обрывания радиоантенн на обнаруженных судах, что не позволило бы этим судам сообщать о нападении рейдера.

Запасы продовольствия и снаряжения были приняты на корабль из расчета обеспечения автономного плавания в тропических, антарктических и арктических водах не менее чем на год для всех 270 (из них 18 офицеров) членов экипажа.

Радиосвязь и радиоразведку крейсеру обеспечивали 6 радистов, свободно владеющих русским и английским языками.

Успешный и короткий переход “Комета” был жизненно необходимым рейху.

Немецкая промышленность в то время испытывала острую нужду в каучуке, джуте, медикаментах, молибдене, вольфраме, меди, цинке и слюде (необходимой для водомерных приборов котлов кораблей и паровозов). Германия была готова отправить в Японию 12 (по другим данным 26) пароходов, а также вывести с Дальнего Востока до 30 транспортов.

Не последнюю роль в переходе на Дальний Восток “Комета” и в изучении немецкими военными моряками Северного морского пути сыграло создание секретной базы “Норд”, располагавшейся в губе Большая Западная Лица с октября-ноября 1939 года по 5 сентября 1940 года. Вероятно, с самого начала она должна была превратиться в немецкий опорный пункт: в мирное время — для создания морского транспортного моста между Германией и Японией, а с началом боевых действий — для обеспечения наступления горного корпуса “Норвегия” на Мурманск и действий немецких кораблей в Арктике.

Подобный опорный пункт в одном из заливов северо-западной части Кольского полуострова, предназначенный для доставки стратегического сырья, действующий круглый год, был избран не случайно.

В Архангельске корабли до вскрытия скованного льдом Белого моря могли простаивать у причалов до полугода, а из Мурманска, благодаря незамерзающей “ветви” теплого течения Гольфстрим, они выходили в море даже в самые сильные морозы.

Принималось во внимание и то, что база “Норд” находится в непосредст­венной близости от советско-финской границы, которая охранялась в то время только редкими и малочисленными пограничными заставами и была легко доступна для захвата как с суши, так и с моря.

Именно в базе “Норд” рядом с танкером (“Ян Веллем”) и судами снабжения немецких рейдеров (“Фениция” и “Кордилльера”) стояли суда для проведения метеорологических наблюдений, замаскированные под рыболовецкие и зверо­бойные (иногда их называли китобойные) траулеры, которые часто использовались для передачи данных наблюдений из районов западной Атлантики (“Кединген”, “Захсенвальд” и “Викинг-5”).

Эта информация была особенно важна самолетам Люфтваффе, бомбившим Британские острова, и рейдерам Кригсмарине, часто использовавшим туманы и непогоду Атлантики для скрытного выхода на английские коммуникации, а также для уклонения от линейных сил Королевского флота.

А китовый жир использовался как в пищевых продуктах, так и при изготов­лении нитроглицерина.

С 1938 года китовый жир в Великобритании был причислен к предметам потребления стратегического назначения, наряду с зерном и сахаром, с этого же года наряду с Германией Англия начала запасаться китовым жиром на случай войны.

Наблюдения за состоянием погоды для Люфтваффе и Кригсмарине приобрели особую ценность практически сразу же с началом боевых действий в сентябре 1939 года, когда международный обмен метеорологическими прогнозами был полностью прекращен. Германия в одно мгновение практически лишилась возможности получать информацию о погоде, приходящую с северной и западной Атлантики (западнее 23 градусов западной долготы).

Адмирал Редер хорошо понимал стратегическое значение Мурманского порта и арктических коммуникаций для Советского Союза, и заблаговременно, еще до начала боевых действий, он любыми способами стремился организовать контроль над районами Новоземельских проливов и Северным морским путем и всемерно — с началом войны в Арктике.

Так, в июне 1939 года в Карском море гидрографическую экспедицию совершало советское зверобойное судно “Мурманец”. На борту судна находились “научные сотрудники ленинградского Арктического института. Но... все они говорили по-немецки, жили в отдельном отсеке, куда вход членам экипажа не дозволялся” (М а л ы г и н Н. А. Немцы в Арктике. “Мурманский вестник”. 22.06.2001. Стр. 2). Несколько отдельных партий этой экспедиции работали на архипелаге Норденшельда и островах: Свердруппа, Сидорова, Геркулес и Арктического института. Промер глубин в районах плавания производился эхолотом, специально установленным перед выходом на “Мурманце”. Индика­торная часть эхолота была выведена в обособленный отсек, и экипаж зверо­бойного судна был лишен возможности видеть данные промеров. После окончания экспедиции все партии были собраны с островов и высажены в Диксоне.

Подобные немецкие “исследовательские” партии работали на островах Белый и Вилькицкого.

Следовательно, и здесь до настоящего времени могут сохраниться остатки сооружений немецких опорных пунктов или следы пребывания метеорологических экспедиций.

Побережью Антарктиды Кригсмарине уделяло столь же пристальное внимание, но об этом практически нет каких-либо открытых материалов.

В 1938—1939 годах было совершены две антарктические экспедиции.

С 20 января 1939 года немецкие гидросамолеты типа “Бореас”, доставленные немецким кораблем “Швабеланд” (авиатранспорт Германского общества воздушных сообщений), приступили к аэрофотосъемке Земли Королевы Мод, которую позже переименовали в Новую Швабию.

Эта экспедиция, руководителем которой был советник Ритшер, находилась под личным контролем Германа Геринга. Во время полетов немецкие самолеты сбрасывали специальные стальные вымпелы с фашистской символикой.

31 августа 1939 года началось создание “немецкого антарктического сектора Новая Швабия” между 4 градусами 50 минутами и 16 градусами 30 минутами восточной долготы. Здесь были обнаружены признаки залежей полезных ископаемых: каменного угля, железных руд, молибдена, графита, слюды, берилла, горного хрусталя, цирконий-ниобиевых и лантан-цериевых руд.

Известно, что “Швабенланд” сделал промежуточную стоянку у острова Буве. Здесь он находился около трех недель.

Предположительно именно в эти антарктические районы и могли заходить немецкие рейдеры — вспомогательные крейсеры “Атлантис”, “Пингвин” и “Комет”.

А к 1943 году сюда стали приходить подводные лодки из так называемого “личного конвоя Гитлера”.

Где были немецкие опорные пункты в советской Арктике и в Антарктиде?

Узловыми и одновременно самыми уязвимыми районами во всей естественной обороне арктического побережья Советского Союза немцы выделили: остров Новая Земля с его многочисленными проливами и заливами, а также архипелаг Франца-Иосифа, “нависавшие” над всеми морскими коммуникациями Баренцева моря и западного сектора Арктики.

Используя данные экспедиции 1931 года, а также данные, полученные при переходе на Дальний Восток крейсера “Комет”, предположительно уже весной 1941 года на архипелаге Франца Иосифа, на острове Земля Александры (по другим данным, еще и в бухте Тихой), практически по соседству с советской полярной станцией, был создан тайный метеорологический пункт, а несколько позже (пока точное время не установлено) в проливе Кембриджа (бухта Нагурского) — и база для ремонта подводных лодок, предназначавшихся для действий в Карском море.

Здесь они могли заряжать аккумуляторные батареи и получать последние разведывательные данные. Кроме того, анализ циклов использования немецких подлодок в Карском море, сроков их нахождения там, данных о районах минных поставок (ОМU) и используемых здесь минах указывает на то, что именно здесь могла располагаться база оружия для подводных лодок, действовавших в Арктике. Вероятно, после того, как у западного побережья острова Новая Земля они устанавливали минные заграждения из 16 морских мин типа ТМС, погруженных на борт еще в Норвегии, в бухте Нагурского (или где-то рядом) немецкие подвод­ники грузили на борт 24 морские мины типа ТМВ и шли в районы постановки, находящиеся уже в Карском море.

Предполагаемое количество мин типа ТМВ на этой базе — до 300—400 единиц (именно столько за один рейс могли перевезти в 1940—1942 годах суда снабжения типа “Фениция” и “Кордилльера” или вспомогательный крейсер “Комет”).

Как уже упоминалось выше, приблизительно к концу 1941 года была создана взлетная полоса и радиостанция на острове Междушарский (у входа в губу Белушья), а позже появились взлетные полосы (вероятно, опорные пункты) на мысах Константина, Пинегина. Отсюда немецкие самолеты были способны контролировать практически все Карское море. На мысах Пинегина и Константина можно было достаточно легко организовать приемные пункты для доставки продовольствия и топлива подводным лодкам, использовавшим залив Ледяная гавань как передовой или маневренный опорный пункт. Об арктических опорных пунктах Кригсмарине у побережья Советского Союза автором подготовлена отдельная статья.

Но есть два опорных пункта, история которых имеет больше вопросов, чем ответов.

Именно с секретным опорным пунктом в устье (по другим данным, в дельте) реки Лены, предположительно недалеко от Неелова залива, связана некая тайна.

Этот опорный пункт, имевший большой запас топлива, был обнаружен только после 1985 года (хотя первые признаки этой базы — бочка с соляркой или керосином, которая была вынесена на берег Неелова залива — были выявлены еще в 1963 году). С данным пунктом каким-то образом связана тайна последнего похода немецкой подводной лодки U-534 (командир капитен-лейтенант Г. Ноллау).

Ночью 5 мая 1945 года U-534 вышла в море для выполнения специального задания по доставке груза особой важности (11 металлических ящиков, одинаковых по габаритам, но разных по весу) в секретную базу, находящуюся в устье (дельте) Лены. По маршруту следования, подлодка должна была прибыть в море Лаптевых, зайти в базу на реке Лена, в промежуточные базы Норвегии. Затем на Северной Земле (точное место пока не установлено, но оно может включать участок от мыса Розы Люксембург — через мыс Кржижановского — до мыса Евгенова) груз (или его часть) надлежало выгрузить и, заправившись топливом, вернуться прежним маршрутом в Киль. Затем (или вместе с тем) субмарина должна была принять участие в операции Кригсмарине под кодовым названием “Огненная земля” по доставке неких важных грузов или неких официальных лиц в секретные базы Южной Америки.

До последних дней войны руководство рейха рассматривало возможность победы над Советским Союзом (или его некую “нейтрализацию”) и после победы планировало вступить в конкурентную (вероятно, в том числе и вооруженную) борьбу с США.

Именно в этой борьбе южноамериканским базам предполагалась роль важнейших плацдармов. При этом не исключалось как развитие торговли с Латинской Америкой, так и создание здесь новых опорных пунктов. Тем более что еще в 1943 году в конструкторском бюро Вернера фон Брауна появился новый проект, ракета А9/10, которую в обиходе называли “американский вариант”. Эта ракета представляла собой двухступенчатую баллистическую ракету с дальностью стрельбы до 4 тысяч километров и являлась продолжением проекта А-4 (ФАУ-2). И именно в июле того же года, только у побережья Бразилии, были потоплены 4 подводные лодки Кригсмарине. Но о них — ниже.

Кроме того, как уже упоминалось выше, создание аэродромов на Новой Земле и в Архангельской области (Мегра и Погорельце) и, вероятно, на Северной Земле могло предполагать возможность создания системы авиабаз или стартовых площадок, приближенных к северному побережью США. Но оговорюсь, что до настоящего времени это только теоретическое предположение.

Вечером 5-го же мая U-534 была потоплена самолетом союзников в проливе Каттегат у острова Анхольт и обнаружена на грунте в 1977 году. Однако лишь в 1987 году (по другим данным в 1989-м) датским аквалангистам удалось ее осмотреть и в 1993 году — поднять на поверхность.

Личный состав и пассажиры подлодки в ночь с 5 на 6 мая 1945 года вышли из потопленной субмарины через кормовые торпедные аппараты и на спаса­тельных резиновых шлюпках добрались до немецкого поста на острове Самсе. При затоплении подлодки погибли только три человека.

На следующую ночь в район гибели подлодки прибыла специальная команда водолазов Кригсмарине, и они изъяли из отсеков затонувшей подлодки наиболее ценную часть груза, находившегося в ящиках.

Что это были за ящики, а самое главное, кто должен был принимать груз в устье Лены или на Северной Земле и затем эксплуатировать доставленную аппаратуру или хранить документы, пока остается загадкой.

Вместе с тем обращает на себя внимание тот факт, что на борту подлодки находилось всего 53 человека (вместе с пассажирами). Известно, что подводные лодки типа VII-C40, выходя в море, могли иметь на борту до 58 человек экипажа.

Получается, что либо в экипаже был некомплект личного состава, либо были специально созданы свободные места.

Но если это так, то они могли быть зарезервированы для доставки в Киль полярников или метеорологов с Северной Земли или из района устья Лены.

В настоящее время известно, что базу на Северной Земле после войны обнаружили советские полярные летчики И. П. Мазурука, а также то, что в ящиках, вероятнее всего, находились некие образцы оружия, вооружения или оборудования (но только не боеприпасы или взрывчатые вещества), которые были привезены на двух автомашинах с номерами немецкой военной разведки.

Кроме того, в июле 1963 года, примерно в 4—5 часах пешего перехода от Тикси к устью Лены вдоль Неелова залива были обнаружены останки погибшего моряка. Рядом была найдена металлическая бляха солдата или унтер-офицера Кригсмарине. Кто был этот моряк и как он оказался так далеко на необитаемом побережье залива, до настоящего времени неизвестно. Но, исходя из вышеуказанного, можно допустить, что это был немецкий моряк из подразделения, обслуживавшего базу. Так как подводная лодка своевременно не пришла, то этот моряк был направлен, допустим, для разведки аэродрома у Тикси, но по каким-то причинам не смог вернуться на базу и погиб.

Удобными (а возможно, и более удобными) для создания опорного пункта и стоянки немецкой подводной лодки с аппаратурой радиоразведки в дельте реки Лена могли стать острова Дунай или остров Куба, которые находятся вдали от изученных районов устья реки Лены, одновременно вблизи от маршрутов движения караванов союзников по Северному морскому пути.

Да и, собственно, тайна U-534 пока еще далеко не раскрыта.

Множество вопросов вызывают все подводные лодки, входившие в так называемый “личный конвой Гитлера”. По разным источникам, их было от 35 до 70. Командирам и экипажам этих субмарин были поставлены особые и специальные задачи, подробности которых до настоящего времени неизвестны. Эти подводные лодки имели торпеды в торпедных аппаратах, предназначенные только для самообороны. Все остальное торпедное оружие с них было снято.

В настоящее время стало известно, что командиры этих лодок хорошо знали океанский маршрут в район Рио-де-ла-Плата, вероятнее всего — в залив Ла-Плата (Уругвай—Аргентина) и использовали антарктический маршрут как запасной для перехода вокруг Африки в Индийский и Тихий океаны.

В настоящее время известно, что U-534 как раз и была одной из подводных лодок этого “личного конвоя Гитлера”, как и однотипные с ней U-465, U-530, а также U-1227 (командир обер-лейтенант Фридрих Альтмейер) и U-977.

Возможно, в эту же группу входили и U-590, U-662, U-863. Эту группу можно уверенно назвать, допустим, “бразильской”: U-590 (командир обер-лейтенант Вернер Крюр) и U-662 (командир обер-лейтенант Хейнц-Эбархард Мюллер) были потоплены 9 и 21 июля 1943 года в устье реки Амазонки (Бразилия), U-598 (командир капитен-лейтенант Готтфрид Холторф) была потоплена 23 июля 1943 года около бразильского порта Натал, U-863 (командир капитен-лейтенант Дитрих фон дер Эш) потоплена 29 сентября 1944 года юго-восточнее порта Ресифи.

U-530 (командир обер-лейтенант Петер Штевер или Отто Вермут) к 13 апреля 1945 года загрузила в Киле несколько специальных контейнеров (по некоторым данным бронзовых ящиков) и 16 пассажиров. Выйдя из Киля 13 апреля, подлодка в июле 1945 года появилась у берегов Аргентины и 10 июля сдалась аргентинским кораблям в районе Мар-дель-Плата. Существует информация, что субмарина пришла сюда по маршруту Кристиансанд — неизвестная база на побережье Африки или Латинской Америки — один из островов в районе Антарктиды (возможно, Южная Георгия или Южные Оркнейские острова) — Антарктида (Земля Королевы Мод, здесь контейнеры были сняты) и только после этого — Мар-дель-Плата. Этот поход немецкой подлодки проходил по плану с условным названием “Валькирия-2”, и, возможно, он мог быть составной частью операции “Огненная земля”.

17 августа там же, в районе Мар-дель-Плата, сдалась экипажу аргентинского тральщика U-977 (командир обер-лейтенант Хайнц Шеффер), пришедшая сюда с одной из норвежских баз (по другим данным, из Киля). Существует мнение, что эта субмарина шла по маршруту U-530.

На многочисленных допросах экипажи этих субмарин утверждали, что до последнего времени патрулировали район побережья США и затем сдались.

Особое внимание привлекает тот факт, что автономность U-977 составляет не более семи недель, но и после почти 100-суточного патрулирования экипаж не выглядел изнуренным.

Внешне побережье Антарктиды представляет собой ледниковые обрывы высотой в несколько десятков метров. Таким образом, наиболее вероятными районами для создания опорных пунктов Кригсмарине здесь могли стать так называемые “антарктические оазисы” Земли Королевы Мод или острова, расположенные недалеко от Антарктического полуострова: Южная Георгия или Южные Шетландские, находившиеся на одной параллели с островом Кергелен, в восточном районе которого с 14 декабря 1940 года по 11 января 1941 года состоялась встреча немецкого вспомогательного крейсера “Атлантис” (№ 16, бывший пароход “Гольденфельс”) с кораблем снабжения.

Немецкий вспомогательный крейсер “Пингвин” (№ 33, бывший “Кандель­фельс”), возвращаясь после патрулирования в Германию, в ноябре 1940 года прошел маршрутом южнее островов Кергелен и Крозе. При этом в январе 1941 года он захватил норвежские китобазы “Олевеггер” и “Пелагос”, а также вспомо­га­тельное судно “Солглимт”. На борту этих баз было захвачено 22 тысячи тонн китового жира, а китобойные суда были использованы как охотники за подводными лодками.

“Комет” при возвращении в Германию вошел в море Росса и достиг точки 71 градус 36 минут южной широты, 170 градусов 44 минуты западной долготы, затем пополнил запасы воды и продовольствия на острове Кергелен.

Вероятнее всего, он и произвел подробную разведку антарктического побережья и прилегающих островов. Открытая информация об этом походе и об исследованиях Кригсмарине в Антарктиде пока еще достаточно скудна.

Вместе с тем известно, что один из немецких рейдеров с неустановленной пока задачей приходил к острову Окленд.

Попытки союзников отыскать опорные пункты немецких кораблей не увенчались успехом. В октябре 1940 года английский корабль “Нептун”, а в ноябре 1941 года — корабль “Австралиец” обследовали острова Принца Эдуарда, Кергелен и Крозе, но следов немецких баз отыскать не удалось.

И лишь позднее, в 1947 году, “западная группа” 68-го оперативного соединения ВМС США, участвовавшая в операции “Высокий прыжок” (“Хайджамп”), отыскала, по воспоминаниям летчиков, в глубине берега Принцессы Астрид (между Берегом Нокса и Землей Королевы Мэри) некий “оазис” площадью 800 квадратных километров, где была выявлена приграничная линия горных пород полезных ископаемых, а также три незамерзающих пресноводных и свыше 20 более мелких озер. Что удалось здесь отыскать американским морякам — до настоящего времени неизвестно.

Эта специальная поисковая операция ВМС США состоялась только после окончания войны, и первый этап ее практически совпал с окончанием допросов сдавшихся в плен экипажей немецких подлодок. И уже в январе 1947 года в район Земли Королевы Мод прибыла американская эскадра (68-е оперативное соединение ВМС США под командованием адмирала Ричарда Г. Крузена) из 13 боевых кораблей (в том числе авианосец “Филипин Си” и подводная лодка “Сеннет”, ледокол “Норсуинд”, 21—33 самолета, 4700 человек) под общим руко­водст­вом адмирала Ричарда Берда.

Руководителем экспедиции был назначен адмирал, хорошо знакомый с Антарк­тидой. Ранее, в декабре 1928 года, американская экспедиция в составе судов “Сити оф Нью-Йорк” и “Элинор Болинг”, под общим руководством Берда, создала в бухте Китовой (78 градусов южной широты, 162 градуса западной долготы) базу “Малая Америка”. В 1933 году новая экспедиция Берда восстановила базу.

Затем в 1939—1941 годах Берд возглавлял экспедицию, которая работала в районах барьера Росса, полуострова Эдуарда VII, в районе Земли Мэри Берд и в районе южной части Земли Грейама. Вместе с тем вызывает особый интерес тот факт (хотя это может быть и простое совпадение), что именно “Сити оф Нью-Йорк” в сентябре 1939 года был захвачен кораблями Кригсмарине и более месяца простоял в порту Мурманск. Затем он был отпущен. Но в Арктике появились зверобойные или китобойные суда, которые и были приписаны к базе “Норд”.

Флагманским кораблем руководитель экспедиции адмирал Ричард Берд избрал корабль “Маунт Олимпус”. Отряд “Центральной группы” под его руководством в сопровождении ледокола, двух транспортов и подводной лодки 31 декабря 1946 года попытался пробиться в район острова Скотт. Однако ледоколы не смогли провести подводную лодку, она получила (по официальной версии) повреждения корпуса и на буксире была отведена в Веллингтон.

“Центральная группа” соединения, в которую входил и авианосец, базиро­валась на старой зимней базе в “Малой Америке”. Самолеты, прибывшие на корабле, в течение двух недель совершили 29 вылетов, в том числе и 15 февраля, в район Южного полюса (100 миль в направлении “Полюса недоступности”).

“Восточная” и “западная” группы также имели в своем составе гидротранспорты, самолеты которых производили кругополярные рекогносцировочные полеты вдоль берегов материка.

Несмотря на то, что запас продовольствия для экспедиции был приготовлен на 6—7 месяцев, через 6 недель корабли специального соединения закончили проведение экспедиции и 23 февраля начали движение в базу.

7 марта “Маунт Олимпус”, “Бертон Айленд” и “Норсуинд” прибыли в Вел­лингтон. На “Бертон Айленд” была эвакуирована вся группа из “Малой Америки”.

Через год, приблизительно, сюда же была проведена новая экспедиция американских ВМС. Она получила кодовое название “Ветряная мельница” (“Уиндмилл”). Флагманским кораблем стал “Порт Бомонт”, а опорный пункт был вновь в заливе Маргерит, на острове Стонингтон. Во время экспедиции были исследованы оазисы Бангера и Грирсона.

В последующие годы исследованиями были охвачены: плато полуострова Палмер (до 77 градуса южной широты), Земля Эдит Ронн и ледник Ласситера. Санная экспедиция Ронне прошла от залива Маргерит до пролива Короля Герцога VI и полуострова Баумен. Следующая экспедиция планировалась в район ледника Грюнинг.

В январе 1948 года 39-е оперативное соединение ВМС США под командова­нием Джеральда Кетчема на двух ледоколах (флагманский “Атка”) прошло до ледника Шеколтона. С помощью вертолетов были обследованы пролив Мак-Мурдо и бухта Китовая.

В 1955—1957 годах состоялись операции “Глубокое вмерзание-1” (“Дипфриз-1”) и “Дипфриз-2”. В “Дипфриз-1” принял участие 43-й морской отряд особого назначения, сформированный специально для действий в Антарктике. В его состав вошли 7 кораблей, 15 самолетов, специальный батальон морской пехоты на вездеходах. Всего в операции “Дипфриз-1” приняли участие 13 кораблей, несколько самолетов и 4200 человек, а в операции “Дипфриз-2” — 12 кораблей ВМС США, до 40 самолетов военно-морской авиации США, инженерные части (всего до 3,5 тысячи человек).

Что американцы так упорно искали в Антарктике? И не связано ли это напрямую с предыдущими экспедициями Кригсмарине сюда?

Можно уверенно сказать, что еще многие тайны до сих пор хранят острова и побережье прибрежных арктических морей России, а также прибрежные моря и острова Антарктиды.

Однако 60 лет — это уже достаточный срок, чтобы отыскать их разгадки, а также разобраться в системе тайных опорных пунктов, созданных Кригсмарине в советском секторе Арктики и на побережье Антарктиды. И самое главное — ответить на вопрос: РАДИ ЧЕГО, НЕСМОТРЯ НИ НА КАКИЕ ЗАТРАТЫ, ОНИ ЗДЕСЬ СОЗДАВАЛИСЬ?


Приходько Валентин Иванович , Copyright © 2010-2016 г. E-mail: adm-site-val@rambler.ru , Украина .
Перепечатка материалов автора с обязательной ссылкой на авторство и сайт - ПРИВЕТСТВУЕТСЯ !.