Образовательный портал о загадках Планеты Земля.

 Образовательный портал об НЛО , Уфологии и других загадках Земли
| Главная страница |

Хетты.

     Марксистская наука долго пыталась представить развитие мира планомерно-диалектическим, восходящим по спирали – от первобытного коммунизма к рабовладельческому строю, оттуда к феодализму, затем к буржуазной демократии, и наконец, к истинному Марксову коммунизму. Ленин чуточку подправил “отцов-основателей”, вставив одну промежуточную станцию в виде социализма. Брежнев еще чуток подправил, найдя еще один загадочный пункт – "развитой социализм". Увы, никто из этих диалектиков не хотел замечать, что спираль-то получалась замкнутой – от коммунизма к коммунизму, или от дикости к дикости. Что и подтвердил эксперимент с построением коммунизма в одной отдельно взятой стране – Камбодже…

В то же время некоторые ученые утверждают, что подходить к строению древнего общества столь прямолинейно нельзя. И главным доводом стал экономический.

Взять, например, пирамиды. На строительстве пирамид работали тысячи человек, сменявшие друг друга каждые три месяца. Для того чтобы кормить такую ораву рабов, государство должно было вскоре положить зубы на полку. С другой стороны – а что же делали эти тысячи, когда их сменяли вновь прибывшие? Отправлялись на курорты? Распродавались на невольничьих рынках? Возвращались в страны, откуда были угнаны? Или пополняли собой ряды египетского пролетариата? Но в таком случае у самого нищего крестьянина тогда бы в скором времени оказалось по десятку рабов. Нет, делают выводы ученые. Раб, по природе своей ненавидящий собственного хозяина, никогда не будет старательно работать. Он, наоборот, будет отлынивать от работы, всячески саботировать ее. Кроме того, обречь страну на постоянные войны значило лишить ее самого ценного человеческого потенциала – молодых мужчин.

Следовательно, на стройках Египта работали не рабы. Пирамиды строило все трудоспособное население страны, выполняя некую трудовую повинность. Может быть, бедолаг обязали считать это "почетным долгом и священной обязанностью"… Вспомним Днепрогэс, Беломорканал, пресловутые субботники.

Каждый крестьянин обязан был три месяца отработать на строительстве гигантского некрополя во славу фараона и к вящему изумлению грядущих поколений. Поле его, пока он трудился, обрабатывал сосед. Община кормила его семью…

Неужели мы имеем дело с… первобытным социализмом? Столь же любопытный общественно-политический строй мы имеем к северо-востоку от Египта – в древней “Хатти” – Хеттии. Наряду с египтянами, хетты вписаны в Книгу Книг и не последнюю роль играют в Ветхом Завете. Более того: матерью самого Соломона, царя иудейского, была хеттеянка Вирсавия, жена Давида.

Библия – книга довольно точная, особенно касательно географии народов и их царей. Если в нее и вкрались ошибки, они – на совести и по вине позднейших пересказчиков и переписчиков.

А в Библии хеттам “отведена” для расселения не больше и не меньше, как вся Сирия – вплоть до берегов Евфрата!..

Ученые и сейчас не склонны отдавать хеттам эту территорию (слишком большую) и числят уникальный народ лишь по берегам не слишком значительной реки Кызыл-Ир-мак (современное название), в прошлом античного Галиса. Зато из археологических находок и теоретических работ многих исследователей, всерьез занявшихся наконец хеттами, следуют исключительные по своему значению выводы.

Например, тот, что, в отличие от империи Древнего Египта "страна Хатти" долгие века была… конфедерацией стран.

Или, допустим, тот, что хетты поклонялись настолько несметному количеству божеств, что это позволило назвать их (хеттов) народом "тысячи богов".

В отличие от других завоевателей хетты не расправлялись с богами покоренного народа: напротив, они… включали их в свой пантеон и даже поклонялись им. Еще одна уникальная черта хеттов, очень не свойственная жителям именно того региона – Малой Азии, Палестины, Сирии и Анатолии, – не подвергать побежденных пыткам, причиняющим боль и смерть, и моральным унижениям.

Потерпевшего поражение и плененного царя того или иного народа "Великий царь" хеттов отпускал с миром и даже оставлял за ним его государство. С одним, правда, условием – чтобы тот вовремя и в надлежащем объеме платил дань. Такой вот “рэкет” в государственном масштабе.

Правда, хетты пошли далее вульгарного грабежа, они требовали, чтобы покоренный царек соотнес бы свои юри – . дические уложения с новой обстановкой, то есть с юридическими законами Хатти.

Одно царьку позволялось оставить неизменным – способ наказания за особо тяжкие преступления, которые у хеттов карались смертной казнью не только самого преступника, но и всего его "дома".

Блестящие воины, избравшие способом ведения боевых действий только встречу с противником в генеральном сражении, хетты редко проигрывали битву. Но при всей своей воинственности они отличались мягким незлобивым характером, а те города, которые, по законам военного времени, необходимо было разрушить, разрушали, но при этом население этих городов не истребляли, а переселяли на новое место. Имеется ряд исторических свидетельств о том, что хетты с некоторых вассалов брали дань в виде вооруженных отрядов и включали их в свою армию, не опасаясь бунта.

До сих пор ученые не пришли к единому мнению на предмет общественного строя Хатти. Ни в одном из обнаруженных за полтораста лет текстов не говорится впрямую, были ли в стране хеттов рабы. Десятилетиями советские ученые спорили, считать или нет “слуг”, постоянно упоминаемых, особенно в юридических сводах, рабами. Значительный процент историков склонялся к тому, что форма существования “слуги” скорее подходит под понятие "крепостнической" зависимости от хозяина. Если бы только от хозяина!.. Ученые, сами фактически закрепощенные государством, словно не замечали, что больше половины хозяйственного уклада страны Хатти составлял… социалистический государственный уклад! При недостаточном развитии производительных сил характер производственных отношений у хеттов и впрямь феноменальный. Например, соответствующая служба, принадлежащая царю, на целый месяц посылала жителей страны на сельхозработы! Правда, в отличие от "самой лучшей из стран", где студенту или инженеру получить освобождение от сельхозповинности можно бьшо, лишь находясь на смертном одре (на всякий случай врач, боявшийся рисковать, выписывал бюллетень на три дня – с диагнозом "ОРЗ"), хетты давали освобождение всем, "у кого сквозь ворота во дворе виднелось вечнозеленое дерево". Имелась в виду необходимость ухаживать за этим растением в то же самое время, когда государству требовалось ухаживать за государственными деревьями! Попробовал бы кто-нибудь в недавнее советское время, дабы не ехать "на картошку", в качестве аргумента выдвинуть наличие у него собственного дачного участка с картофельным клином!..

Хеттский царь содержал множество государственных предприятий, очень близких по содержанию к совхозам (до колхозов он не додумался…). Впрочем, были и общинные земли. Они назывались “домами” – "дома дворца", "дома богов", или храмы, (а вспомните, сколько было у хеттов богов?), "каменные дома" (видимо, храмы, посвященные погребальным ритуалам), "дома царя", "дома царицы" и так далее. Во всех этих “домах” надо бьшо работать. Рабочих рук наверняка не хватало: особым богатством хетты, не слишком грабившие побежденных, вряд ли отличались, и нанять постоянную рабочую силу царю было трудновато. Вот так и возникла повинность для тех жителей, которые не могли достать и в одну ночь высадить на своем участке дерево, да еще вечнозеленое. Впрочем, насколько мог, рабочую силу царь “закупал”: расселяя тех же самых пленных или репатриантов, он давал каждой семье землю, оплачивал строительство дома, подсобных хозяйственных сооружений, покупку тягловой силы и домашних животных – коровы, овцы, козы (причем, конечно, не в единственном числе каждого вида). За это “слуга” обязан был отработать не менее, скажем, тридцати лет на государственном предприятии. Правда, существует мнение, что при отходе изработавшегося “слуги” от активной трудовой деятельности все, чем он был наделен от царя, отбирали…

Но, скорее всего, это заблуждение ученых, и в ближайшие пятьдесят-сто лет хеттология все поставит на места. Как бы то ни было, вот это прикрепление неимущих пленников к земле и было "хеттской крепостью", той самой "феодальной" кабалой. “Домов” в хеттском государстве насчитывалось несметное количество, и населяло их несметное число неполноправных людей. Кстати, “слуга”, провинившись, выплачивал, согласно уголовному и гражданскому кодексам, зафиксированным в глиняных табличках, ровно половину ущерба в сравнении с тем, если бы ущерб (государству или частному лицу) был нанесен человеком полноправным.

Особым почетом и привилегиями в стране Хатти пользовались "люди орудия". Здесь идет речь о ремесленниках – гончарах, кузнецах-металлургах, ювелирах и т. д., то есть о людях, владевших каким-либо ремеслом, для занятия которым требовалось конкретное орудие – ткацкий станок, плавильная печь или гончарный круг…

Они не считались “слугами”, они назывались "хозяевами".

Население страны хеттов представляло собой, можно сказать, содружество наций. В чем угодно, но в национализме обвинить хеттов нельзя. Одной только официальной письменности в этой стране ученые различают восемь видов! Разнятся они не по способу письма (хотя их тоже два – иероглифический и клинописный), а по употреблявшимся языкам. К тому же этой в этой восьми широко применялась так называемая “аллография” – использование в тексте совершенно чуждых всем восьми языкам слов и начертаний, например, из шумерской письменности. Причем писцы зачастую пользовались скорописью; им было легче начертать шумерский знак для шумерского понятия, а уж читатель должен был догадаться, как это слово прочесть. Таким образом, получается сразу два совпадения с советской страной – широкий интернационализм и всеобщая грамотность. Правда, при этом получалось, что хетты зна чительно лучше советских людей знали иностранные языки. Со временем скоропись с применением чужих слов настолько вошла в правило, что ученые мучаются до сих пор: некоторых слов из хеттского языка они просто не знают. Как звучит “овца”, "женщина", “медь” и некоторые другие слова чисто по-хеттски неизвестно.

Хетты и общались со всем миром. Киприоты были вассалами царей страны Хатти. Микены не чуждались общения и торговли с ними. С великим Египтом, после ряда “встреч” далеко не дружественного характера и крупной победы при Кадеше на реке Оронт над войсками Рамзеса II, хетты заключили договор о вечной дружбе и взаимопомощи и действительно обменивались даже принцами и принцессами, то есть "дружили домами". Более ортодоксальный Египет не мог до конца понять "загадочной хеттской души", поскольку интернационализмом в Египте если и “пахло”, то лишь в виде предпочтения импортной рабочей силы, достающейся почти за бесплатно и потому не ценимой ни во что. А вот от принцев и принцесс Египет не отказывался: похоже на то, что царица Тейе, жена Аменхотепа III, родом из Хатти.

Она первая, а за ней Нефертити и Анхесенпаамон стали непосредственно участвовать в государственных делах и по праву изображаться на троне рядом с фараоном не в качестве немой прибавки, а вполне равновесно и значимо.

Роль женщины в стране Хатти приближалась к роли мужчины. Можно сказать, там было почти равноправие. Как и у нас: не отбирая у женщины исконных и привычных пристрастий вроде стирки, сушки, заготовки, кухни и грязных пеленок, мы милостиво (и давно!) разрешили женщине работать наравне с мужчиной у станка и на стройке. Возможно, и у хеттов были “женщины-пилоты”, то бишь "во-дительницы боевых колесниц"…

Религия у хеттов играла первостепенную роль. Уже сказано, в стране было множество храмов, в которых отправлялись различные культы многих и многих богов. Божест ва хеттов отвечали каждый за свою, вполне определенную сферу жизни. Бог Солнца – один бог, ему принадлежало, неотъемлемое: он сотворил весь этот мир. Богиня Солнца всем этим миром управляла. Ей хетты поклонялись как главной, не забывая при этом, что главный – все же Он. Кроме того, были бог Грозы, бог Луны, богиня Духа пчелиного роя (!), божества Страха и Ужаса и так далее.

Боги различались по функциям – периодически исчезающий бог плодородия Телепинус, женские божества Хебат и Иштар (да-да, совершенно чужая хеттам Иштар из Ниневии!), богиня Престол (престол у хеттов женского рода), боги-злаки, боги-ремесла (Кузнец, Пастух и пр.).

Как католики латынь, а православные – церковнославянский язык, так хетты для ритуала использовали хуррит-ский, на котором не говорили. Вся хурритская письменность, даже встречающийся на этом языке текст эпоса о Гильгамеше, была только для религиозных дел, и ни для каких более.

Впервые о своем открытии восьми языков, используемых хеттами, заявил в 1919 г. швейцарский ученый Эмиль Форрер. А об индоевропейском происхождении самих хеттов сообщил еще раньше, в 1914-1915 гг. ведающийся чешский хеттолог Бедржик Грозный.

Они сделали свои открытия не на пустом месте: в 19051906 гг. доктор Гуго Винклер добился концессии на раскопки и, начав их в Богазкее от имени Немецкого восточного общества, уже в 1906 г. нашел десять тысяч клинописных табличек, представлявших собой царский архив.

Еще не до конца осознав значение находки, ученый мир принялся изучать таблички. Впрочем, находки были и раньше. И многие! История археологических находок, относившихся к хеттам, сама по себе представляет отдельный миф. Рассказанный воедино, без перерывов на десятки лет, этот хронологический список предстанет в меру остросюжетной, в меру парадоксальной историей, из которой, если убрать одно-два звена, не родилось бы современного знания.

Некий Бургхардт, путешественник и писатель, написавший и издавший книгу "Путешествия по Сирии", поведал в ней о том, что в 1812 г. он, находясь в Хаме, в углу стены одного из домов на базарной площади обнаружил "камень со множеством фигурок и знаков, напоминающих иероглифы, хотя и не похожих на египетские". Между прочим, Хама – это библейский Хамат, и сообщение Бургхардта должно было заинтересовать если не ученых, то хотя бы любознательных людей. Но и книга, и упоминание в ней о любопытном камне – прошли не замеченными публикой. Однако о “хаматском” камне вспомнили незамедлительно, когда двое американских путешественников заявили, что именно в Хаме они нашли пять подобных камней в стенах домов! Это были Джонсон и Джессап, а по времени – 1870 год. Учитывая то, что в конце века уже поднимался интерес к археологии, а может быть, по внутренней интеллигентности (или из желания заработать денег) американцы стали копировать изображение на одном из камней – том самом, на базарной площади. И столкнулись с невиданной доселе реакцией местного населения: их едва не растерзали на месте. Зная крутой нрав мусульманских фанатиков, путешественники не стали задерживаться ни в Хаме, ни в стране. Они едва унесли ноги и были счастливы, что с ними все в порядке. И только в 1872 г. миссионер Уильям Райт, заручившись поддержкой турецкого правителя Сирии, посетил Хаму в сопровождении последнего, обратив внимание паши на необыкновенную ценность камней. Не долго думая паша (правитель все-таки!) приказал выломать из стен домов все пять камней и отправить их в Константинопольский музей. Благородный Райт предусмотрительно сделал слепки-копии. Одна партия слепков была направлена в Британский музей, вторая – в фонд палестинских изысканий.

Европейцы, узнавшие о камнях из Хамы, обратили внимание и на другой город – Алеппо, где подобный камень был встроен… в стену мечети! Мало того: то ли потому, что камень являлся неотъемлемой частью мусульманского храма, то ли по другой причине на протяжении многих десят – . ков лет среди местных жителей существовала (и существует) вера в его чудодейственную силу – он якобы исцеляет от слепоты. Десятки и сотни тысяч людей – с простым конъюнктивитом и действительно слепых – сотнями лет терлись о камень, дабы исцелиться, и почти стерли все, что на нем было выбито камнерезами. К тому же, прослышав о том, что подобные камни в Хаме стали изымать "из употребления", алеппские фанатики выколупали камень из стены мечети и унесли в неизвестном направлении. Лишь спустя много лет, обнаружив, что вандализма по отношению к священным реликвиям вроде бы не наблюдается, жители вернули камень на место – обратно в стену.

И.Д.Дэвис в свое время находил надписи, подобные изображенным на камнях в Хаме и Алеппо, вовсе далеко от первых – в горах Тавра, на скале над рекой Ивриз. Кроме письма некий рельефный рисунок. А когда этим занялся археолог А.Г. Сейс, то вдруг выяснилось, что такого же характера надписи есть и в других местах региона. В течение многих лет из разных районов Малой Азии поступали сходные сообщения. "Мы ленивы и нелюбопытны", – мог бы сказать Сейс словами Пушкина в докладе Обществу библейской археологии в 1876 г., когда впервые была сделана попытка систематизировать немногие находки.

Наибольшй интерес в кругу историков вызывали развалины Богазкея, представлявшие собой величественные руины города-крепости, игравшей в прошлом несомненно не последнюю роль.

В двух милях от города находится так называемая "исписанная скала" – Язылыкая. В скале имеется природный уступ с отвесными стенами, образующими нечто вроде ниши, а на этих стенах высечен выпуклый рельеф из человеческих фигур. Они идут будто двумя процессиями навстречу друг другу и сходятся в центре ниши. Трудно определить, связаны ли эти процессии только композиционно (для кра соты), или в их движении навстречу друг другу кроется какой-либо смысл, и вообще – движутся ли они? Фигуры, застывшие в шаге, не обязательно должны быть реалистическим изображением ходьбы или бега. Может быть, загадка ниши Язылыкая настолько глубока, что потребуется не одна сотня лет для ее прочтения, хотя не исключено, что перед учеными рядовой рельеф… По сторонам фигуры в Язылыкая обрамлены иероглифами. Среди развалин Богазкея тоже стоял камень (Нишан-Таш), на котором просматривалась иероглифическая надпись. Правда, он очень сильно выветрился.

Внимание А.Г.Сейса привлекла и другая находка. Неподалеку от деревни Аладжа-Гююк, что на реке Кызыл-Ир-мак, были ворота, по сторонам которых стояли сфинксы. В изобразительном плане они, конечно, уступали египетским. Хеттские объемные фигуры иногда выглядят смешно (сфинксы были объемными).

Но и это еще не все. Западнее Аладжа-Гююка встречаются скальные рельефные изображения Гявур-Калеси. А над Смирной и вовсе стоят скульптурные портреты, которые еще Геродот принял за изображения египетского фараона Сесостриса и нимфы Ниобеи.

Обе эти фигуры А.Г.Сейс внимательно осмотрел в 1879 и 1880 гг. Новый его доклад в Обществе библейской археологии категорически отверг причастность Египта к этим памятникам. Ясно одно, сказал археолог: мы имеем дело только с хеттской культурой, и Библия права в том, что народ этот действительно существовал. Согласно предположениям А.Г.Сейса – он занимал территорию к северу от Месопотамии, а скорее всего, хеттскими племенами была заселена вся Малая Азия.

В последующие двадцать лет оказалось, что изображения, подобные обнаруженным, скорее трудно не заметить, чем найти: ими изобиловали Тавр и Антитавр.

• Хуманиа и Пухштейн (1882-83), Рамсей и Хогарт (1890), Шантре (1893), Хогарт и Хэдлем (1894), Андерсон и Кро уфут (1900), да и более ранние раскопки 1879 г. в Каркеми-ше, предпринятые Британским музеем, выявили в общей сложности более сотни памятников, так или иначе относившихся к эпохе хеттов. В невероятных местностях: в Вавилоне в 1899 г. была обнаружена при раскопках стела с хеттскими надписями! В сходном стиле памятники в 1888 и в 1892 гг. обнаружила немецкая экспедиция в Северной Сирии, в Зинджирли.

В 1900 г. Л.Мессершмидт опубликовал свод хеттских надписей, и оказалось, что одних только текстов к этому времени обнаружено девяносто шесть! Кроме того, было множество других находок, в том числе печатей хеттского типа.

А ведь в 1887 г. были сделаны (вернее, осознаны) находки в Эль-Амарне. Клинопись из Ахетатона содержала административную и дипломатическую переписку Аменхотепа III и его сына Аменхотепа IV (Эхнатона) примерно с 1370 по 1348 г. до н. э. В этих письмах часто упоминался царь страны Хатти, рассказывалось о продвижении его войск. Было среди них и письмо самого Суппилулиумы, поздравлявшего Эхнатона с восшествием на престол Египта! Было там и два письма для царя неведомого государства Арцава, написанные на неизвестном языке.

Первым обратил внимание на принадлежность этого языка к индоевропейской группе норвежский ученый И.А.Кнудтсон, изучавший письма в 1902 г. Правда, тогда его высказывание не вызвало должного интереса… Кусочки текстов именно на этом языке неподалеку от Богазкея обнаружил Э. Шантре. Было это в 1893 г. И вот Г.Винкдер нашел целую библиотеку – 10000 табличек! И среди них – с письменами "из Арцавы"!

Не все, но большинство… По счастливой случайности, которая всегда сопутствует удаче, был обнаружен тот же самый текст договора между Рамзесом II и царем Хатти.

Египетский вариант текста имеет четкую дату – 21-й год правления Рамзеса. Хеттского царя удалось тут же "привязать к местности" – определить во времени.

Из обстоятельств находки вытекало следующее: видимо, была найдена столица страны Хатти. По крайней мере, на те двести лет, которые вытекали из списка царей Хатти.

Винклер получил этот снимок из хеттского текста; и он был расписан примерно с 1400 по конец 1300-х гг. до н. э., от Суппилулиумы до Арнуванды. В ассирийских хрониках говорилось, что царство хеттов было разграблено примерно в 1200 г. завоевателями – народом мушки (мосхи), однако, как выяснилось, не все царство, а та часть его, в которой находилась столица, то есть фактически только Каппа-докия. В VIII веке, как явствует из тех же ассирийских хроник, Хатти продолжает существовать, собравшись под начало Каркемиша, и это при том, что мосхи все еще оккупируют каппадокийское царство…

Оказывается, не все так просто: долгие десятилетия хеттские государства, одно за другим, постепенно восстанавливали свою независимость, а затем объединились под Карке-миш.

До первой мировой войны ничего нового археологи не раскопали. А то, что раскопали, – например, дворец в Сакджагёзю, в изучение истории хеттов ничего существенного не внесло.

914 г. будто бритвой по живому отрезал исследователей одних стран от других. В результате Богазкей "достался" немцам, а Антанте – все остальное.

Правда, и это “остальное” было немалым: Каркемиш раскапывала экспедиция Д.Г. Хогарта, Т.Е. Лоуренса и Л. Вулли (того самого Вулли, который потом раскопает Ур и Эль-Обейду). Каркемишская экспедиция привезла много камней, но, в отличие от немецких исследователей, англичанам достались только иероглифы. Почти вся клинопись сосредоточилась в Германии. Самым ценным, как оказалось уже спустя много-много лет, был единственный текст, содержавший всего десять клинописных и шесть иероглифических знаков (о нем А.Г. Сейс еще в 1880 г. писал статью!), и был этот текст на серебряной накладке, так называемой "печати Таркондемоса".

Сейс, Коули, Томпсон старательно дешифруют иероглифы и публикуют свои разработки по этому животрепещущему вопросу… Они оказываются никому не нужными и бесплодными. Да и задача была на редкость сложна. Пятеро ученых из разных стран, не зацикливаясь на иероглифах, значительно шагнули вперед, опираясь лишь на сопоставление имен собственных и некоторых топонимов, известных из ассирийских текстов. Эти пятеро – Форрер, Бос-серт, Гельб, Мериджи и Грозный. Их выводы практически совпали, и хеттология получила некоторую базу, основание, с которого можно было строить дальнейшую работу.

И вот на свет появилась детальная работа Б. Грозного, опубликовавшего ее под названием "Язык хеттов". Вслед за ярким первым наброском 1915 г. этот труд развивал тему принадлежности языка хеттов к семейству индоевропейских языков, – правда, автор при этом несколько увлекся ложной этимологией. Впрочем, из-за последнего обстоятельства многие филологи отвергли работу выдающегося чеха, а вместе с тем и все ценное, что в ней содержалось…

В 1920 г. его несколько подправил Ф. Зоммер, обнаруживший уже упоминавшуюся аллографию – применение хеттскими писцами шумерских и вавилонских включений в чисто хеттские тексты. Включений было так много, что иногда хеттские слова терялись в них как несущественные. Другие ученые – И. Фридрих, А. Гётце и X. Элольф – шли тем же путем. И к 1933 г. практически все более-менее сохранившиеся тексты уже были опубликованы и прочтены.

Э. Форрер независимо от Б. Грозного также составил довольно полный набросок хеттской грамматики, но основной упор в своей работе по хеттам он делал все же на исторические изыскания и достиг при этом многого. Форрер издал в одном томе почти все исторические тексты периода Древнего царства и реконструировал почти весь перечень хеттских царей. А его открытие, касающееся восьми языков, которыми пользовались хетты, имеет громадное значение до сего времени.

На сегодняшний день расшифровано практически все, исключая, возможно, самые древние надписи, полному прочтению которых мешает отсутствие реальной исторической и лингвистической баз. Основанием к положительному продвижению в хеттологии стало открытие 1947 г., когда была обнаружена длинная двуязычная надпись (билингва) в Каратепе.

Первое систематическое описание хеттской цивилизации предпринял А. Гётце в 1933 г. А за пределами Германии самым значительным событием стало издание "Элементов хеттской грамматики" Л. Делапорта (Париж, 1939 г.). Впрочем, американец Е.Х. Стертевант, издавший в 1933 г. "Сравнительную грамматику хеттского языка", несмотря на просчеты в сравнительной этимологии, превзошел будущую работу Делапорта. Тот же автор в 1935 г. выпустил "Хеттский глоссарий", труд в области нормативной лексикографии. Но первая работа Стертеванта "продержалась" всего семь лет: в 1940 г. И. Фридрих выпустил "Элементарный курс хеттского языка", книгу, являющуюся и поныне образцом для хеттологов, а в 1952 г. – "Хеттский словарь", “отменивший” работу Стертеванта 1935 году.

Отличительной особенностью раскопок в Малой Азии и Анатолии конца 20-30 гг. явилось деятельное участие самих турок. К ученым, уже зарекомендовавшим себя в хеттоло-гии, Остену, Гельбу, Делапорту, Вулли, датчанам и немцам прибавился Седат Альп с группой. Турки и Боссерт как раз и сделали открытие первостепенной важности в Каратепе. Раскопанная крепость имела два привратных строения, к каждому из которых вел свой коридор из камней, которые были покрыты надписями. Одна из них была сделана на финикийском языке, а другая – иероглифическая хеттская. Еще один такой же текст был высечен на статуе, лежавшей прямо на поверхности (ее никто не раскапывал – она лежала всегда!). Между хеттским и финикийским текстами не было полного соответствия, но тем не менее это были как бы два подстрочника, сделанные разными переводчиками с одного и того же текста. Вернее, два разных перевода, сделанных независимыми авторами с одного и того же подстрочника. Надо ли говорить, что прочтение иероглифических хеттских надписей получило хорошую базу?

Две войны XX века внесли очень сильную коррективу в хеттологию. В разных странах, принадлежавших и в первую, и во вторую мировую войны к разным блокам, сложилось собственное понимание хеттов. У одних – "клинописное", у других – “иероглифическое”. Однако, не будь этого трагического обстоятельства, возможно, хеттология топталась бы и теперь почти на том же месте…

И еще касательно археологии (из разряда ложной этимологии): американский профессор мисс Хетти Гольдман, занимавшаяся раскопками в Тарсусе в Киликии с 1935 по 1949 г., носит имя исследуемого народа – хеттов. Хотя в судьбе все цепко связано: возможно, этимология не столь и ошибочна…

Один из восьми языков, которые обнаружил Э.Форрер, это лувийский язык. Еще тогда, практически на заре хетто-логии, высказывались мнения, в частности, профессором А.Захаровым, о возможности принадлежности этого языка к южной группе угро-финских, теперь исчезнувшей. Эту загадку, честно говоря, можно было бы не рассматривать, если бы не значительное количество обстоятельств, возвращающих к этому вопросу. Не столько отсутствие префиксов и своеобразие суффиксов и окончаний толкает к возвращению. Если уж на то пошло, все языки мира сводятся к одному протоязыку Ойкумены. Об этом в частности пишет Л.Наровчатская в своей книге "Первозванность…", изданной в 1991 г. А ведь в той же истории хеттов опять встречаются, причем дважды, не зависимые от работы Л. Наровчатской совпадения с нею.

Когда Суппилулиума и его сын Арнуванда II скончались от чумы, престол перешел к юному Мурсили И. Западные царства восстали, и инициатором смуты была все та же Ар-цава, которую приходилось покорять еще Лабарне (первый царь хеттов, по имени которого титуловались цари, хотя по полному списку царей он был вовсе не первый), подбившая к противодействию Мурсили Миру, Кувалию, Хапаллу и "страну реки Сеха". Однако молодой Мурсили не ударил в грязь лицом и восстановил за два г. положение вещей, причем в покоренной Арцаве в ходе военных действий он убил царя-смутьяна.

Распад страны Хатти на множество слабых хеттских государств произошел после завоевания Каппадокии мушками (мосхами).

Наверное, стоило бы воскресить и исследовать вероятность появления хеттов (с лошадьми) в Малой Азии – из Азии Центральной, где связь их с угро-финнами была бы менее спорной, и основания к тому есть, хотя для современного историка пока еще не очень веские: исследователи привыкли не замечать друг друга.

А ведь кроме Наровчатской есть еще и Юван Шесталов, поэт-манси, который в своем исследовании “Регули” почти доказывает идентичность древних антов и нынешних ханты-манси. Мосхам и теперь есть прямые потомки – мокша. Кстати, одного происхождения с венграми (уграми), которым гораздо ближе было до Балкан из Малой Азии, чем из-за Уральского хребта. Мадьяр – Мари. Угры – Угарит, Финикия.

…Когда был убит молодой царь Египта Тутанхамон, его безутешная вдова-девочка Анхесенпаамон знала, чьих рук это убийство. И не хотела становиться женой нового фараона. И не потому, что было ему шестьдесят лет, а в восемнадцать выходить замуж за старика довольно тягостно. И не потому, что была не царевной, а царицей. И не потому, что унаследовала острый ум родной матери Нефертити… А потому, что Эйе был чужой. Сложный реестр египетских богов “сыграл” обратный ход, и верховный жрец Атона неожиданно стал верховным жрецом Амона – одного из ликов Солнца-Ра.

Вероятно, не одну бессонную ночь провела царица Египта, вычисляя, что же делать. Египет без фараона остаться не мог, но не было претендента из царского дома.

Тутанхамон – последний из династии… и тот убит. Еще жива была матушка, царица-мать. Не к ней ли направила первое послание третья по счету дочь?..

У Эйе в государстве за долгие годы при дворе кругом были свои глаза и уши. Если царица только подумала о чем-нибудь, верховный жрец уже знал об этом. Ему докладывали о том, что сделано ради того, чтобы мысли царицы Анхесенпаамон никогда не материализовались. Жестокий закон наследования трона: мужчина, чтобы сделаться фараоном, должен жениться на принцессе или на самой царице, ныне вдовой. Двух мертворожденных младенцев похоронили Анхесенпаамон и Тутанхамон. Даже опекунство взять не над кем. Нет сына.

В любом случае, вероятно, ответила ей Нефертити, лучше хетт молодой, чем хетт старый. Зови в цари молодого чужеземца.

А может, не было времени спрашивать у матери? Ведь они с Тутанхамоном предали ее бога… Послание к опальной царице не успело бы дойти.

Верный человек поскакал в страну Хатти. По пути он, конечно, заехал в Мемфис, к Нефертити, передал все те слова, что дочь просила передать. И получил от Нефертити добро на дальнейшее путешествие.

Суппилулиума, умудренный длительным правлением, через Эйе державший руку на пульсе истории великой державы, коей формально был номархом, знал бы, что делать, если бы имел достоверную информацию о том, что произошло в Фивах. Но так же, как они вдвоем обманывали Эхна-тона – он и Эйе, – точно так же, зная свой последний шанс, Эйе нынче обманул и его: Суппилулиума ничего не знал о скоропостижной смерти Тутанхамона. И вот – письмо Анхесенпаамон:

"Мой муж умер, а сына у меня нет. О тебе говорят, что у тебя много сыновей. Если бы ты послал мне одного из своих сыновей, он мог бы стать моим мужем. Я ни за что не возьму в мужья ни одного из своих подданных. Это меня очень страшит".

Гениальное послание. Ничего лишнего. "О тебе говорят" – прекрасный дипломатический ход: о тебе во вселенной ходят слухи. "Стать моим мужем"… Суппилулиуме не надо объяснять, что это значит – стать мужем египетской царицы! "Я ни за что не возьму в мужья ни одного из своих подданных". – Его, Суппилулиуму, вассала Египта считают равным! Его, хитростью и "тихой сапой" прибирающего власть над египетским номом! Он – не подданный.

"Это очень меня страшит"… Неужели не ясно, кто станет царем?..

Нет. Умнейший из царей, Суппилулиума не может взять в толк, что именно означает последняя фраза. И… и все письмо начинает казаться ему оч-ч-чень подозрительным.

Что с Египтом? Что с царицей Египта? Она прослышала о том, что он здесь, в Хеттии, забрал себе всю власть?.. Может, хочет заманить и расправиться?

"Мой муж умер…" – Ищи дурака, твоему мужу всего восемнадцать лет! Или я не знаю, как резво летает его колесница? Египетский народ не успевает разглядеть своего царя в лицо…

Постой, а может, несчастный случай? Вдруг не справился с лошадьми?.. Он ведь еще молодой, ветер в голове, гоняет на своей золоченой царской телеге… Да нет, не может быть! Эйе доложил бы ему, хеттскому царю. Ведь почти тридцать лет душа в душу, самый верный агент.

Потому и обманул, что самый верный. Предают только лучшие друзья, от них не ждешь. Эйе первый и единственный раз в жизни решил склонить судьбу в свою пользу.

Суппилулиума не поверил. Ни единому слову. Конечно, он догадался, на что намекает Анхесенпаамон: она боится стать женой Эйе. Но этого не может быть!

Суппилулиума принял письмо за тонкую провокацию.

Единственный выход отреагировать на послание – прислать в Фивы своего человека. Якобы для выражения соболезнований. Он все разведает и в краткий миг донесет.

Нет! Не надо юлить: я получил вполне откровенное письмо, и мой посланник привезет (на словах) мой откровенный же ответ: "Меня обманывают. Я не верю!"

Посол добирался чуть быстрее, чем шло письмо царицы. Он был не опасен Эйе: пока повернет назад да пока при дворе Хатти хватятся… Посол прибыл в Фивы.

Несчастная Анхесенпаамон! Кто приехал вместо мужа?!.

Посланнику стало все ясно без слов. При дворе фараонов траур по фараону! Но слова своего царя египетской царице он не мог не передать.

К сожалению, Суппилулиума не догадался сделать простой вещи: представить посла полномочным представителем своего сына, чтобы тот мог вступить в брак с царицей Египта вместо него (формально). Если, конечно, такое в те времена вообще было возможно. Однако цари на то и цари, чтобы менять законы: в Хатти каждый новый царь расписывал свой свод законов – и ничего.

В результате по прошествии десятков дней хеттский царь получил второе послание:

"Почему ты говоришь: "Они-де обманывают?" Если бы у меня был сын, разве бы я обратилась к чужеземцу и тем предала свое горе и горе моей страны огласке? Ты оскорбил меня, так говоря. Тот, кто был моим мужем, умер, и у меня нет сына. Я никогда не возьму кого-нибудь из моих подданных в мужья. Я писала только тебе. Все говорят, что у тебя много сыновей: дай мне одного из твоих сыновей, чтобы он мог стать моим мужем".

Теперь Суппилулиуме не нужно было послание царицы: верный человек все поведал сам. Но письмо из Египта гонец все-таки повез, – Анхесенпаамон надеялась, что оно окончательно убедит хеттского царя.

Царевич был готов. Самый быстрый и выносливый конь понес его к власти над всем миром, самые верные слуги сопровождали. А еще (это в истории не записано) с ним ехал палач – для расправы с предателем Эйе…

Он почти загнал лучшего в Хеттии коня. Он успевал!

Похороны фараона назначены на семидесятый день после смерти, в запасе есть еще время.

Царевич с вооруженной охраной – все отменные бойцы – пренебрег советом отца. Он успевал – и должен был добираться до Фив окольными путями. Хотя они тоже контролировались будущим фараоном Эйе, у которого уже не было иного выхода. На границах и дорогах не осталось даже щели, через которую мог бы проползти скарабей.

Хеттского царевича убили за миг до славы. Это было сделано не в том открытом бою, когда хеттам нет равных.

Их встретила "делегация царицы", огромный почетный эскорт для будущего фараона, честь и хвала ему, нынешнему, гимн ему, олицетворению Солнца, завтра!

Будущее солнце Египта потухло в одну ночь. Его убили подло, втихаря. Как вырезали всю охрану, предварительно усыпив. Впрочем, в политике ведь не существует слова “подлость”, а есть “целесообразность”. С точки зрения сохранения национального суверенитета Египта, возможно, это убийство и было единственно правильным и оправданным деянием. На троне воцарился Эйе, хороший ли плохой, но свой, египтянин. Страна продолжила свой путь по ступеням цивилизации. Правда, он вел в тупик, но никто этого тогда еще не знал. До нашествия Александра Македонского оставалась еще добрая тысяча лет.

Таким образом, исчезла вероятность образования великой хетто-египетской империи, и история великой страны Египет, а также история великой конфедерации Хатти пошли каждая своим путем. И время никого из них не пощадило. Кроме, разумеется, пирамид.


Приходько Валентин Иванович , Copyright © 2010-2016 г. E-mail: adm-site-val@rambler.ru , Украина .
Перепечатка материалов автора с обязательной ссылкой на авторство и сайт - ПРИВЕТСТВУЕТСЯ !.